Билл Брайсон. Остров Ее Величества. Маленькая Британия большого мира. Notes from a Small Island


Отличная книга для тех, кто интересуется Британией и британцами. Автор сам американец, но прожил в Англии довольно долгое время. Перед возвращением в Штаты он предпринял путешествие по маленьким и не очень городкам Англии, Уэльса и Шотландии. Практически все путешествие он совершил на общественном транспорте. Кроме увлекательного описания раных интересных мест, где он побывал, автор описывает жителей этих городков, подмечает британские привычки и черты характера. В этом смысле книга перекликается с «Наблюдением над англичанами» Кейт Фокс, о которой я как-то писал. Но написана она гораздо менее академичным языком и наполнена совершенно английским юмором. Даже чем-то напоминает по стилю Джеральда Даррелла. Я получил огомное удовольствие, читая ее. В очередной раз подивился, насколько же я сам по характеру похож на англичан:) Брайсон сам влюблен в Британию, поэтому читать его книгу особенно интересно. Он раскапывает разные интересные факты, восхищается красотами, язвительно проходится по современной архитектуре. Все это очень весело.


====

Мне всегда представлялось неудачным — рассматривая вопрос с глобальной точки зрения, — что проведение столь важного социального эксперимента предоставили русским, хотя британцы справились бы куда лучше. Ведь все, необходимое для установления строгой социалистической системы, для бриттов — вторая натура. Прежде всего, они любят терпеть лишения. Они великолепно умеют сплачиваться, особенно перед лицом врага, ради будущего общего блага. Они будут стоять в бесконечных очередях и невозмутимо встретят введение пайков, скудную диету и внезапное исчезновение из продажи скобяных товаров — в чем может убедиться каждый, кто в субботу вечером искал хлеб по супермаркетам. Их не выводит из себя безликая бюрократия, они, как доказала миссис Тэтчер, терпимы к диктатуре. Они безропотно будут ждать годами операции или доставки купленной мебели. У них природный дар отпускать остроумные шутки о властях, не бросая тем серьезного вызова, и все, как один, радуются, видя богатых и могущественных поверженными в прах. Почти все, кому за двадцать пять, уже и теперь одеваются как восточные немцы. Одним словом, условия подходящие.
Пожалуйста, не подумайте, будто я говорю, что Великобритания под властью коммунистов стала бы лучше и счастливее — просто британцы проделали бы все как следует. Они провели бы эксперимент точно по плану, с искренним старанием и без большого мошенничества.
====

Одна из обаятельнейших черт в британцах — они понятия не имеют о собственных добродетелях, и ни в чем это не проявляется так явно, как в том, что они чувствуют себя счастливыми. Можете смеяться, но они — счастливейший народ на земле. Честно! Понаблюдайте за разговором любых двух британцев и заметьте, сколько времени пройдет, пока они улыбнутся или засмеются над какой-нибудь шуткой. Не пройдет и минуты. А я как-то делил вагонное купе в поезде Дюнкерк — Брюссель с двумя франкоязычными бизнесменами, по-видимому, старыми друзьями или коллегами. Они проговорили буквально всю дорогу, но ни разу за два часа я не заметил на их лицах и тени улыбки. На их месте можно представить немцев, швейцарцев, даже испанцев, но только не британцев.

И еще этих бриттов так легко порадовать. Это просто удивительно. Они даже предпочитают маленькие радости. Я полагаю, что именно потому они так осторожно сдабривают свои лакомства: все эти кексы к чаю, рогалики, лепешки, печенья и даже сдобу. Из всех народов мира только они видят в джеме и изюме восхитительную приправу к пудингу или печенью. Предложите им что-нибудь по-настоящему соблазнительное, скажем, коробку с печеньем или шоколадными конфетами на выбор — и они замнутся, забеспокоятся, не слишком ли это роскошно, словно любое удовольствие сверх некой очень низкой планки слегка неприлично.

— О, в сущности, нам бы не следовало, — скажут они.

— Ну, берите же, — продолжаете искушать вы.

— Ну, тогда одну маленькую, — скажут они и быстрым движением схватят самую крохотную конфетку, и вид у них такой, будто они сделали что-то ужасно отчаянное.

Подобное совершенно чуждо сознанию американца. Для американца цель жизни и непрерывное доказательство бытия — постоянно набивать полный рот разнообразных чувственных удовольствий. Им по праву рождения полагается немедленное и роскошное удовлетворение всех желаний. Слов «Вообще-то мне бы не следовало» от них с тем же успехом можно ждать, если кто-то предложит им не дышать.

Меня прежде озадачивало странное отношение британцев к удовольствиям и неутомимый стойкий оптимизм, который позволяет им применять к самым нестерпимым неудобствам избитые обороты: «Ну, для разнообразия неплохо», «Не стоит ворчать», «Могло быть и хуже», «Немного, зато дешево и сердито», «На самом-то деле было очень славно», — но со временем я освоил их способ мышления, и моя жизнь стала счастливой, как никогда. Помнится, я сидел в промокшей одежде в холодном кафе на серой набережной, и когда мне подали чай с печеньем, поймал себя на восклицании: «О, чудесно!». Тогда я понял, что процесс пошел. Вскоре самые разнообразные поступки: просьба о второй порции тостов в отеле, покупка шерстяных носков в «Маркс и Спенсер» и второй пары брюк, когда по-настоящему мне нужна была всего одна — стали представляться мне рисковыми и немного преступными. Это чрезвычайно обогатило мою жизнь.
====

Начали мы, как водится, с нескольких слов в осуждение проклятой погоды, но едва женщина выяснила, что я американец, она по сложной касательной соскользнула в рассказ о недавней поездке, когда они с Артуром — Артуром, как я понял, был державшийся рядом с ней и застенчиво улыбавшийся верзила — ездили к друзьям в Калифорнию, и очень скоро ее рассказ перешел в отрепетированную филиппику о недостатках Америки. Я никак не могу понять, о чем думают люди, которые произносят эти речи? Неужели они полагают, что я оценю их прямоту? Или заводят меня? Или просто забывают, что я сам такой же? То же самое часто случается, когда люди при мне заводят разговор об иммиграции.

— Они так простодушны, вы не находите? — фыркнула леди и сделала глоточек чая. — Стоит пять минут поболтать с незнакомцем, и он уже воображает, что вы друзья! В Энсино какой-то отставной почтальон или кто-то еще попросил у меня адрес и обещал заглянуть, когда будет в Англии — вообразите! Я его знать не знала. — Она сделала новый глоточек и на мгновение впала в задумчивость. — У него просто необыкновенная пряжка на ремне. Вся серебряная и с драгоценными камнями.

— Меня добила еда, — заговорил муж, оживившись настолько, чтобы вставить свое слово в монолог. Впрочем, сейчас же стало ясно, что он из тех, кто никогда не заходит дальше первой фразы рассказа.

— Ах, да, еда, — на ходу подхватила жена. — У них просто необыкновенный подход к еде.

— Неужели? Они любят, чтобы было вкусно? — поинтересовался я с натянутой улыбкой.

— Нет, дорогой мой, порции! Порции в Америке просто чудовищные,

— Я как-то заказал бифштекс… — начал муж, сдавленно хмыкнув.

— А что они выделывают с языком? Они просто не умеют говорить на королевском английском!

А вот тут — постойте. Судите как вам угодно об американских порциях и дружелюбных парнях с оригинальными ременными пряжками, но осторожнее, когда вы заговариваете об американском английском.

— Зачем же им говорить на королевском английском? — несколько холодновато спросил я. — Ведь живут они не в королевстве.

— Да, но их лексикон! И этот акцент… Какое слово тебе не понравилось, Артур?

— Норма, — сказал Артур. — Я познакомился с тем парнем…

— Но ведь «норма» — не американизм, — возразил я. — Это слово английской чеканки.

— О, не думаю, дорогой, — произнесла женщина с дурацкой уверенностью и выдала снисходительную улыбочку. — Нет, наверняка нет.

— Введено в обиход в 1687 году, — решительно соврал я. Ну, по сути-то я был прав: «норма» — действительно англицизм. Просто я не помнил деталей. — Его ввел Даниэль Дефо в романе «Молли Флендерс», — добавил я в порыве вдохновения.

Американец, живущий в Британии, среди прочего привыкает слышать, что Америка погубит все английское. Мне удивительно часто приходилось выслушивать это мнение, обычно на обедах, чаще от кого-то, перебравшего с выпивкой, но, бывало, и от таких вот полоумных перепудренных старых грымз. Рано или поздно терпение иссякает. Поэтому я сказал ей — им обоим, потому что муж, судя по его виду, собрался было изречь новый обрывок мысли, — что независимо от их мнения, слова, созданные Америкой, безмерно оживили английскую речь, что без этих слов им не обойтись, особенно без слова «кретин». Я показал зубы, одним глотком допил кофе и удалился, несколько разгоряченный. И пошел писать новое письмо в редакцию «Таймс».

Извините, что много, хочется вообще пол-книги процитировать:)

PS. Кстати, гораздо больше известна другая книга Брайсона: «Краткая история почти всего на свете». Занимательные факты из разных областей науки и природы. Я ее начал читать и пожалел, что такой книги не было у меня в детстве. Хотя и сейчас читать ее очень интересно, некоторые вещи я для себя открываю впервые. Есть еще книги Брайсона о Европе и Америке, они тоже ждут своего часа для прочтения:)

PPS. Наткнулся на фразу Билла Брайсона, под которой я подпишусь: «Я мог бы провести всю жизнь, гуляя каждый день по новому городу».

Билл Брайсон. Остров Ее Величества. Маленькая Британия большого мира. Notes from a Small Island: 3 комментария

  1. vivalabeat говорит:

    Я Брайсона вообще очень люблю, у него можно всё подряд читать. Сейчас вот из Англии приволокла Icons of England, сборник заметок разных людей под его редакцией.

  2. greenfinchh говорит:

    Спасибо тебе за наводку, мне тоже интересна эта тема, так что книгу поищу! Кейт Фокс хороша, но местами нудновата (да и переводчики, как обычно, «отжигают» с переводом названий и «сменой пола» знаменитостей).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>